Зайнидин Курманов, профессор: Какое государство обещают партии?

В преддверии новых выборов в Кыргызстане хотелось бы обратить внимание на то, какую модель государства партии собираются построить? Нашему государству давно пора сформулировать и начать реализовывать какую-то концепцию. Предыдущие президенты все время говорили о “сильном” и “свободном” государстве. Но не вникали в суть этих формулировок, детали, не говорили, что они под этим подразумевают. Наверное потому, что человеческие думы о сильном государстве имеют глубокую историю. А слабость и разрушение государства служит источником многих серьезных проблем (бедности, наркомании, терроризма и т.д.)
О сильном государстве мечтают все – от крайних реакционеров до либеральных демократов, понимая под этим что-то свое.
Под «сильным” государством население, как правило, понимает жесткое авторитарное государство. Например, сталинский режим или КНР. Хотя есть и другие авторитарные и жесткие режимы, например, в Сингапуре, Тайване и даже Японии. В последнем сложилась интересная “полуторная” партийная система, где на протяжении длительного послевоенного времени к власти приходит одна партия Либерально-демократическая партия Японии. Недавно, к власти пришла Демократическая партия, но она не смогла удержать власть и сейчас у власти опять ЛДПЯ. Но вот, в отличие от нашего обыденного представления о “сильном государстве”, там развивается и поощряется политический плюрализм, не нарушаются права человека, люди свободны и защищены от государственного произвола, и имеется все то, что так характерно для демократических стран.
Термин «слабый» характеризует бессилие государства, а не его масштабы.
Поэтому взгляды на то, каким должно быть современное государство сейчас значительно поменялось. Оно объективно не должно быть ни “сильным”, и ни “слабым”. Оно не должно подавлять свободы граждан, а договариваться, искать золотую середину между человеком и государством?
Восточная Европа вышла на путь спасения тем, что отказалась от коммунизма как идеологии и попеременно приводит к власти, как это имело место во всех ныне развитых странах, альянсы консервативного, социал-демократического или либерального толка.
У нас к сожалению, сейчас нет таких партий. Все партии вождистские и не демократические, кружки и полукружки. Поэтому на поверку оказалось, когда СДПК пришла к власти, что никакой социал-демократии у нас нет. Нет ни консерваторов, ни либералов. А это очень плохо. Без таких партий у нас не будет развития. В Руанде президент Поль Кагаме успешно проводит политические и экономические реформы потому, что он взял на вооружение европейскую политическую систему (раньше это сделали Япония, Сингапур, Тайвань. Ю.Корея и др.). У него есть и социал-демократы, и либералы. Но есть еще и националисты, как и в других африканских, арабских и азиатских государствах. Такой политической системы нет ни в одной другой африканской стране. Поэтому видно, как быстро преображается Руанда, которая три десятилетия тому назад переживала страшный геноцид и находилась на грани развала.
На это наши политики и политологи, как мне известно, не обращали внимание, а жаль. Опыт Сингапура, Японии, Малайзии, Турции и других стран показывает, что успешное развитие ранее отсталых стран невозможно без современных партий и идеологий (консерватизма, либерализма и социал-демократии). Поэтому нужно паралельно с выборами выстраивать современные партии, вооруженные современными идеологиями, которые являются инструментами для преобразований. Иначе, все потуги будут пустыми, а мы останемся мировой провинцией.
У нас ностальгия по «сильному государству» связана с тем, что никто и никакая партия не сумела сформулировать достаточно ясную и убедительную перспективу. Отсюда все надежды общества на лучшую жизнь люди связывают лишь с государством. Государству еще верят, но не верят политическим партиям. Нашим партиям не верят даже ее создатели, руководители и члены.
«Сильное государство» должно формироваться народом и контролироваться им. Главнее всего – это не отчужденное от народа государство, а сильное поддержкой людей, общества, политических партий, общественных объединений и их участием в решении важнейших проблем.
Никто не хочет жить в “слабом государстве”, ибо они становятся заложниками накопившихся проблем, не могут их решить самостоятельно и вынуждены все время попрошайничать. В «слабых государствах» систематически нарушаются права человека, они подвержены массовым бедствиям, являются источниками волн массовых миграций, угроз и нападений. В слабых государствах процветает коррупция и беззаконие, произвол властей.
Недопустимо все время перекладывать госрасходы на граждан, адекватно не компенсируя им одновременно ростом уровня жизни этих же, а не других граждан. Но недопустимо упразднять и механизмы государственного регулирования и социального обеспечения, не создавая условия для возникновения заменяющих их механизмов саморегулирования общества. Ведь издержки неподготовленной реконструкции могут быть очень велики!
Чтобы стать «сильными», слабые государства должны продолжить курс на демократические реформы, их углубление и методологическое осмысление с учетом влияния национального опыта.
Почему все хотят жить на Западе? Даже олигархи, коррупционеры и тираны? Да потому, что он в должной мере защищает права человека, гарантирует им безопасность, создает условия для развития, защищает от бюрократизма, коррупции и т.д. Все просто и понятно.
Зайнидин Курманов, профессор

Нет комментариев

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *